Размер шрифта:
Цветовая схема:
Интервал между буквами
Ценой жизни

Ценой жизни

Ценой жизни

 

На кладбище литовского города Юрбаркаса среди белоствольных берез 9 мая 1970 года был открыт памятник Вечной Славы воинам, погибшим при освобождении горо­да от фашистов. Более 400 фамилий людей разных нацио­нальностей высечено золотом на мраморных плитах. А рядом могила и обелиск, на котором ярко горит Золотая Звез­да и фамилия нашего земляка Ильи Антонови­ча Фролова, и тут же две даты: 1915-1944 гг. Трудно писать о человеке, которого ни разу не пришлось увидеть.   Только скупые документальные данные и рассказы близко знавших его людей позволяют воссоздать образ этого отважного человека.

На самой границе Мордо­вии с Пензенской обла­стью расположилось неболь­шое село Лухменский Майдан. Здесь-то, в семье бедняка Ан­тона Фролова, в 1915 году и родился сын Илья. В семье из семи едоков детей с малых лет приучали к труду. В каникулы Илья пас артельных овец и ко­ров, помогал родителям по дому и учился хорошо, но окон­чил всего четыре класса: нуж­но было работать. Вместе с ма­терью и сестрами трудился на разных работах в только что организованном    колхозе «Красновка». Позже снова учился в Пензенской области, в Голицынской школе, которая теперь носит имя Героя Советс­кого Союза Фролова. Илья был среднего роста, коренастым, с загорелым лицом и большими серыми глазами. За большую силу, покладистый характер и ловкость в работе его любили и уважали односельчане. После окончания школы он работал помощником колхозного счето­вода в родном селе...

В 1937 году Фролова призва­ли в армию. Через некоторое время его как одного на луч­ших бойцов назначили коман­диром отделения, а затем Илью Фролова командировали на курсы политруков.

В довоенные годы И.А. Фро­лов служил в пограничных войсках, после увольнения пришел работать в органы НКВД.

В начале Великой Отечествен­ной войны Ковылкинским райвоенкоматом Фролов был при­зван в армию, попал на фронт, сражался в составе 945-го стрелкового полка...

Два года он был на передо­вой. Видел, как фашистские сапоги топтали его родную землю. Израненную, истерзан­ную, густо политую солдатской кровью, увидел он ее в первые дни боев. Все виденное глубо­ко потрясло тогда и взволно­вало Фролова. Впереди было много боев, тяжелых, крово­пролитных.

«Мстить беспощадно за каж­дую пядь родной земли, за каж­дого боевого товарища», — дал клятву себе офицер Фролов.

Однажды Фролов повел свою роту на помощь обороня­ющемуся батальону. Но фаши­сты обнаружили солдат и пер­выми навязали бой. Уже в раз­гаре боя Илья Антонович по­чувствовал, как что-то больно обожгло правую руку, и острая жгучая боль прошла по всему телу.

«Ранен», — мелькнуло в созна­нии. Силы покидали его. Оказался в медсанбате. Направили в госпиталь.

Но через два месяца он снова догнал свой полк в Прибалтике. И снова бои. Тяжелые, крово­пролитные. Враг цеплялся за каждый метр земли.

В апреле 1947 года в Ковылкино на имя Долговой Тамары Антоновны пришел объемистый пакет из Президиума Верховного Совета СССР. Председатель Президиума Н.М. Шверник писал:

«Уважаемая Тамара Антоновна!

По сообщению военного командования Ваш муж старший лейтенант Фролов Илья Антонович, в боях за Советскую Родину погиб смертью храбрых.

За геройский подвиг, совершенный Вашим мужем Ильей Антоновичем Фроловым в борьбе с немецкими захватчиками, президиум Верховного Совета Указом от 24-го марта 1945 года присвоил ему посмертно выс­шую степень отличия — звание Героя Советского Союза.

Посылаю Вам Грамоту Прези­диума Верховного Совета для хранения как память о муже-ге­рое, подвиг которого никогда не забудемся нашим народом»...

Письма с фронта. Их Илья Антонович писал, используй короткие минуты затишья. Вот одна из весточек в Ковылкино. Четкими строками ложились на бумагу слова:      

«Добрый час, милая, дорогая Тамара, дорогие Анастасия Ивановна (теща. - Д.Л.) и Наталья Антоновна (сестра жены. — Д.Л.)...Желаю вам всего хоро­шего в жизни и плодотворной работы. Я пока жив и здоров...»

— Все пишем, Фролов? — подо­шел к нему командир батальона.

— Да, — не поднимая головы, ответил Илья Антонович.

—А про тебя, Фролов, в дивизионной газете написали.

— Про меня? — удивился Илья Антонович.

— Вот, только принесли.

Комбат вытащил из командир­ской сумки дивизионную газету и стал читать: «Старший лейте­нант Фролов три раза лично поднимал бойцов в атаку, рядом с ними шел в первых рядах насту­пающих. Коммунист Фролов по­казывает пример настойчивости, постоянно повышает свое бое­вое мастерство и  хорошо помо­гает воинам-новичкам. Высокий авторитет завоевал командир роты Фролов своей отвагой и хитростью перед врагом...»

— Даже твой портрет напечатали.

— Ну, это уж слишком, перехвалили меня, — недовольно проворчал Илья Антонович. Но ка­питан взял газету, сложил ее и посоветовал вложить в конверт с письмом.

...Боевые будни, полные тре­вог и волнений. Стремительные марши, атаки, артиллерийские обстрелы и налеты авиации — все смешалось воедино. Фролов тре­бовал от подчиненных высокого сознания долга и выдержки. Он постоянно находился среди сол­дат: одного подбодрит, с дру­гим пошутит, третьего присты­дит за нерадивость. Казалось, он был вездесущим. Бойцы удив­лялись:

— Когда отдыхает наш рот­ный?

А он, случайно услышав этот солдатский разговор, улыбнувшись, ответил:

— Вместе со всеми. А вообще-то по-настоящему отдохнем, когда фашистов в гроб заго­ним.

...В октябре 1944 года гитле­ровцы в районе Юрбаркаса предпринимали отчаянные уси­лия, чтобы сбросить пехотинцев дивизии генерала Усачева в реку. Одна контратака сменя­лась другой. На небольшой клочок земли фашисты напра­вили огонь десятков орудий и минометов. Земля пылала и дрожала от разрывов снарядов и бомб, но советские бойцы от­ступать не собирались.

Во время одной из контратак создалось критическое положение: фашисты внезапно просочились на правый фланг полка. Это было по соседству с участ­ком, который обороняла рота старшего лейтенанта Фролова.

— Нас обходят! — закричал кто-то из бойцов.

— Сейчас мы им покажем, —  хладнокровно сказал Фролов и, взяв ручной пулемет, поднял в атаку пехотинцев, побежал на помощь соседнему подразделе­нию. Заняв удобную позицию, бойцы начали косить фрицев кинжальным огнем.

Об этом поступке командира роты спустя несколько дней пи­сал в наградном листе подпол­ковник Бурцев:

«...8.10.44 г. при прорыве сильно укрепленной обороны противника в районе г. Юрбаркас, умело сочетая огонь с движением вперед, старший лейте­нант Фролов сблизился с противником, поднял роту в атаку и решительным броском ворвался в траншеи фашистов. После жестокого рукопашного боя траншеи были заняты, 42 гитлеровца уничтожены. Сам Фролов застрелил 9 фашистс­ких солдат. Преследуя противника по пятам, вместе с другими подразделениями Фролов ворвался в город Юрбаркас и очистил его от гитлеровцев...» 9 октября старший лейтенант И.А. Фролов отдает подразделению команду: собрать под­ ручные переправочные сред­ства — лодки, бочки, бревна и под огнем противника переправиться на другой берег реки Неман. Во время этого боя Илья Антонович снова был ранен, но остался в строю. Он продолжал руководить переправой. Гитлеровцы дрогнули, не выдержали смертельного огня, побежали назад. Старший лейтенант опустошал диск за диском из своего автомата, стреляя по врагу. И бойцы, воодушевленные лич­ным примером командира, ворвались в траншеи и блиндажи. Во время этого боя смертью храбрых и погиб старший лейтенант Фролов. Д. ЛАЗАРЕНКО.

1 из 4
2 из 4
3 из 4
4 из 4