Размер шрифта:
Цветовая схема:
Интервал между буквами
Из воспоминаний участника Велико...

Из воспоминаний участника Великой Отечественной войны, кавалера ордена Славы III степеней A.M. Лискина

НАСМЕРТЬ СТОЯЛИ 

 

Из воспоминаний участника Великой Отечественной войны, кавалера ордена Славы III степеней A.M. Лискина

Лискин Алексей Максимович, полный кавалер ордена Славы (12.06.1944; 30.09.1944; 15.05.1946). Родился в русской крестьянской семье. До вой­ны работал в колхозе «Россия» Инсарского района. Участник Великой Оте­чественной войны с октября 1942, сапер-разведчик.

 

... Зима сорюк второго года. В эти суровые дни я получил первое боевое крещение. Это было под Тулой. Шли жестокие бои. Мы око­пались, отражая натиск врага. Вскоре наши танкисты с десантом автоматчиков перешли в контратаку. Жаркий бой завязался в райо­не совхозного поселка. Немцы обрушили на наших смельчаков сильный минометный и пулеметный огонь.

Более двух часов длилась ожесточенная схватка. Вражеские минометы и несколько пулеметов смолкли от снарядов, посланных нашими танкистами, и меткого огня авто­матчиков. Были потери и у наших. И все же гитлеровцев мы отбросили.

На следующий день 57-ю мотострелковую бригаду, в которой я служил, подняли по тре­воге. Марш-бросок в район станции Поны-ри. Усталые, но сильные духом, советские воины заняли оборону в районе железнодо­рожного полотна. Не успели наши бойцы око­паться, как впереди зачернели гитлеровские танки и бронемашины. Метким огнем артиллеристы и танкисты сорвали наступление фашистов. Не раз еще переходил враг в атаку, но каждый раз с потерями откатывался назад.

Озлобленные неудачами, гитлеровцы ран­ним утром снова бросились в бой. На пози­ции, занятые нашими подразделениями, дви­галось более десятка тяжелых танков с пехо­той. На ближней дистанции фашистские авто­матчики спрыгнули с машин и цепью про­двигались вперед. Подпустив их совсем близ­ко, мы с товарищами открыли мощный пуле­метный и автоматный огонь по гитлеровцам. И те не выдержали, залегли.

А танки с черной свастикой все шли и шли, сея смерть из орудий и пулеметов. Лязг гусе­ниц и шум моторов заглушали все остальные звуки.

Наши артиллеристы вступили в жестокий бой с танками.

Вот уже всего полтора десятка метров отде­ляют меня от вражеской стальной громады. Машина идет прямо на меня.

— Не пройдешь! —кричу и швыряю под гусеницу связку гранат. Взрыв! Вслед за этим танком огнем «катюш» было подбито еще не­сколько. Остальные повернули назад. Отпря­нули и вражеские автоматчики, оставив на поле десятки убитых и раненых.

Советские солдаты, обескровив врага, пе­решли в наступление. За участие в этом бою меня наградили орденом Славы 3-й степени. Много еще было боев. Вспоминается, как пришлось отбивать «психические атаки» фа­шистов на юге.

После уничтожения остатков гитлеровцев в Краматорске, бойцы нашего батальона, среди которых был и я, заняли оборону на окраине города. Грунт был твердый, поддавался с тру­дом, но все же вырыли неглубокий окоп. Про­ходят одни сутки, вторые, третьи...

Девятая ночь близилась к концу. Стояла глубокая тишина. Но тревожна и обманчива тишина на войне. Это хорошо знали наши бой­цы. И предчувствие не обмануло солдат.

На востоке загорелась тоненькая кромка неба. Первый выстрел расколол безмолвие. Затем второй, третий... Вот покатилась лави­на грохота. Около часа продолжалась фашист­ская артподготовка.

Едва стих гул артиллерии, как на наши по­зиции двинулась цепь гитлеровцев. Фашис­ты шли в полный рост, в двух-трех метрах друг-от друга. Вслед за первой, двигалась вто­рая цепь немцев.

—Больше выдержки, друзья! Подпустим ближе, чтобы бить наверняка,—обратился я к товарищам.

Руки бойцов твердо и уверенно сжимали оружие. И когда до фашистов осталось букваль­но пятнадцать-двадцать метров, лавина огня обрушилась на врага. Раскалился ствол моего ручного пулемета. Первая цепь гитлеровцев метким огнем была уничтожена целиком. Фашисты не примирились с потерями. За первой цепью продолжала двигаться вторая. Многие стали уже передвигаться перебеж­ками, стремясь быстрее подойти к речке— занять недосягаемое для пуль пространство. Несколько фашистов достигли берега реки, где позиции наших бойцов. Но здесь врага уничтожили в рукопашной схватке. Осталь­ные повернули назад. Атака немцев захлеб­нулась.

Не один десяток фашистов истребил я в боях по уничтожению Корсунь-Шевченков-ской группировки неприятеля. За это меня наградили орденом Славы 2-й степени.

А вот еще один эпизод из боевой жизни. Это было на территории Польши, недалеко от Варшавы. Наш батальон выдвинулся да­леко в глубь обороны противника. Фашис­ты, встревоженные этим, держали подраз­деление под постоянным обстрелом.

Командование приняло решение—про­биться. В противном случае грозит уничто­жение. И прежде всего надо было доставить знамя части в безопасное место.

Кого же послать?

Выбор пал на меня и еще двух бойцов.

Наш танк быстро оторвался от колонны и пропал в клубах пыли.

«Пройдут или не пройдут?»—думал о нас командир батальона.

Там, где по данным нашей разведки дол­жна была находиться засада противника, водитель увеличил скорость. А когда фаши­сты открыли артиллерийский, пулеметный и автоматный огонь ло машине, мы стали отстреливаться. Танк благополучно миновал опасную зону. Экипаж выполнил поручение командования. За участие в этой операции я был удостоен золотого ордена Славы.

Немало за годы войны было опасных и трудных дней. Всех и не перечтешь! Были и радости, и горести, смерть не раз подстере­гала, вырывала из строя друзей. Так в огне сражений отстаивали советские люди свобо­ду и независимость Родины.

1 из 4
2 из 4
3 из 4
4 из 4